notabler (notabler) wrote,
notabler
notabler

На заре постсоветского капитализма. Личный опыт

Был у меня период в жизни, когда я работала на нового бизнесмена. Дело было,  году так в 1991,  когда всякие бизнесы только начинались. Работала я  перед этим  "экономистом" на большом хлебозаводе, снабжавшем весь город. Завод тот уже начинал дышать на ладан, так как вновь открытые небольшие заводики забивали по экономичности этот советский гигант. "Экономист" я ставлю в кавычки, так как это по сути была работа снабженца-экспедитора. Только название было громкое, а работа - мусор. После работы я дома занималась переводами с литовского на русский, новые русские литовские бизнесмены не знали литовского и не понимали литовских законов, которые стряпались независимыми литовскими правительствами с бешеной скоростью. Так что я была очень востребована. Тогда я и познакомилась со своим будущим боссом. Он заявил мне, нечего тебе делать на этом заводе - иди ко мне.  Вру, он никому никогда не говорил – ты, только “вы” и по имени-отчеству.


Пошла. Его верная подруга, любовница и бухгалтер в одном лице, сказала мне: “Не переживай - Юра любого научит работать, ты справишься”. Работа называлась "менеджер по продажам". Заключалась она в том, что мы продавали воздух. Посредничали, одним словом. Еще до моего прихода предприимчивой парочке удалось толкнуть пару партий, наварив несколько тысяч в твердой американской валюте (все остальные валюты постсоветских государств тогда плясали бешеный инфляционный галоп - сотни процентов в год).  Начали мы работать в спальне работодателей. Рабочий инструмент - телефон и единственный тогда компьютер - штука для меня тогда невиданная и таинственная. Надо было названивать день и ночь по адресам, разысканным в толстых справочниках типа "Желтых страниц", искали базы в России.

Премудрый босс наш начал свой бизнес с того, что нарисовал очень красивые схемы, которые рассылались по всему миру, разносились по выставкам и другим фуршетам. Согласно этим схемам, наша фирма, красиво названная “Система экспорт-импорт-сервис” могла поставить все, что угодно, куда угодно.  На территории бывшего СССР, само собой, но вскоре на работу был принят лингвист-самородок, переводящий (все больше устно) с 14 языков. (Однажды я послушала его устный перевод – он пытался объясниться по телефону на его лучшем языке  - английском. Мое произношение и то было бы лучше, учитывая, что я по-английски знала тогда только пару слов типа естердэй. Бедняга бешено потел, пыхтел и отдувался при этом. Он учил языки пачками, за 3 месяца каждый,  но все больше по книжкам, а устным у него была труба). 

Тогда мы захватили в свои жадные щупальца и Западную Европу.  Тянули мы их уже не из спальни босса, а из офиса, в который были превращены две закупленные для этого дела смежные квартиры. Поскольку телефонные звонки были в то время дешевы, то все мы – менеджеры по международной торговле (бывшие шофер, инженер,  и прочие самородки бизнеса) целыми днями накручивали оные до мозолей на пальцах. Была у нас “норма выработки” – 50 звонков в день минимум. Вечером (12-часовой рабочий день, как минимум) проходил “разбор полетов”. Докладывали, как разговоры шли, о чем договорились. Босс отрабатывал с нами тональность, темп, напор и методику бесед. У меня получалось хреновато, напора не хватало, лучше всех торговал бывший шофер, разудалый хохол,  рубаха-парень, с пол-оборота находивший ключики к душам и карманам, особенно женским. Обаяшка. 

Вся что эта бешеная деятельность финансировалась из кредита, полученным нашими суперэнергичными боссами от одного рижского банка, один из столпов которого был единоверцем нашей пани начальницы – баптистом. Она и сторожами набирала только баптистов. Те сидели, читали библию ночами, напевая гимны с библиями в руках, на минимальной зарплате. Нам же платили проценты со сделок. А они были, сделки. Мы пристроились на хвост нескольким германским (бывшим ГДР) фирмам, торговавшим рыбными консервами. Добывали фуры-рефрижераторы, грузили их там и гнали потом в Москву и в другие города России.  Кто-то из нас их сопровождал, растамаживал, караулил, сдавал и получал денежки (в основном американские и наличкой).

Чего это стоило – страшно вспомнить. Наш босс, с напором паровоза, заколачивал в наши башки идею, что не существует ничего невозможного. И правда, его даже телефоны боялись. Бывает, кручу час какой-то номер – ноль. Он подойдет, крутанет разок – и немедленно свяжется с тем, кем надо.

Пример. Вдруг его озарила идея – чтобы получить бесплатную  рекламу наших услуг  нам надо взять в долю редакции крупнейших областных газет. Поделили всю Россию, не зная даже названий, выкрутили по справке телефоны редакций и – что бы вы думали – примерно через месяц у нас было примерно 50 “подельников”. В результате ни одной серьезной сделки это не принесло. Он было дернулся опахать и другие страны – я помню, однажды за день нашла редакции крупнейших газет Турции и Болгарии, написали всем, но ответа вроде бы ни от кого не дождались. 

Однажды я узнала, под какой процент они взяли кредит – 100% за год. Это навело меня на печальные размышления. Прикинув, во сколько обошлась боссу и семейству (второму, с любовницей-бухгалтершей, бывшая жена, не понявшая бизнес-идей супруга, получила отставку и куцые алименты, начисляемые бухгалтершей с минимальной зарплаты) офис, две его собственные квартиры, видеокамеры, телевизоры и прочая расплодившаяся техника, я решила, что наше дело - труба. Проценты по сделкам, выплачиваемые нам, резко сократились, выплачиваемый минимум зарплаты в случае отсутствия сделок был отменен, а накачки, истерики, нагоняи и прочая капиталистическая эксплуатация возросли безмерно.

Последней каплей для меня послужила командировка в Москву. Вернее, поехала –то я в Эстонию, на один день, только получить консервы, но, поскольку там не оказалось экспедитора, я получила приказ поехать с машиной в  Москву. Добирались мы до нее двое суток, простаивая в диких очередях на границах (тогда еще не было визового режима). Потом пришлось груз растамаживать, продавать, ждать деньги. Так что поездка на один день вылилась в две недели, которые мой 16-летний тогда сын-инвалид провел практически один, только мои подруги помогли ему продержаться. У меня не было ни денег, ни одежды, пришлось даже брюки для дороги купить, смену белья, ведь даже того с собой не взяла. Одним словом, жуть голубая.

Когда вернулась, вместо ордена за трудовые заслуги, я получила п…лей за недобор денег (которыми я вообще не занималась). После этого нагоняя, я развернулась, вышла за дверь и дала себе слово забыть эту работу, как страшный сон, забить на все бизнесы мира на веки веков и жить далее, как пролетарий умственного и физического труда. Что я и делаю по сей день.

Однако уроков я там получила достаточно. Поняла, что ничего невыполнимого нет,  что действительно, если чего-то очень хотеть и прилагать усилия,  можно достичь.  Но если при этом идти “по трупам”,  не считаясь ни с кем, ничего хорошего из этого не выйдет.

После моего ухода фирма наша протянула месяца три. Грянул гром – банкира-баптиста посадили. Все счета фирмы арестовали, но самого не посадили почему-то.  Начали торговать мелочевкой по республике. Боссу пришлось самому управлять микроавтобусом, развозящим рыбу, он вылетел под откос, не справившись с управлением. С ним ничего серьезного не произошло, но бухгалтерша-любовница пострадала сильно, повредили позвоночник, стала ходить на костылях. Он ее немедленно бросил, тем более, что баптизм уже не помогал в получении новых кредитов.  Что с ним сейчас, не знаю. Хотя в хороших руках он мог быть золотым работником.

Subscribe
promo notabler february 2, 2012 09:13 37
Buy for 30 tokens
По кончикам верб Голоса за дверью - мама, папа, сестры. Детство. Я проснулся. Слюнка натекла... Вспомню - будто возвращусь на укромный остров. Там тепло. До смерти хватит мне тепла. Яблоки с айвою, с ноткою тумана- запах. Так, наверное, должен пахнуть рай... Принеси мне яблочко, мама...…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments