April 9th, 2010

я реальная

Хорошая поэзия. Перепост брата Володи Таблера

Понравилось мне очень. Может, кому тоже понравится. Извиняюсь, но не могу поэзию под кат толкать, рука не поднимается.

Может, кто захочет и братовы стихи почитать –загляните в его журнал [info]tabler

О будущей книге Ирины Светловой 

   Лирик Ирина Светлова [info]markizakarabasa  (у нее есть еще много имен, в которых я маленько запутался)  подготовила к изданию новую книгу своих стихов. Я  был удостоен автором чести написать несколько слов об этой книге, что я и сделал. Автора я честно предупредил, что о книжке растрезвоню и свою статетейку в инете выложу. Ирина любезно разрешила мне это сделать, поэтому разрешите мне на этом месте перейти от слов к делу и маленько потрезвонить.
   Книга Ирина Светлова будет называться "Позитивы сохраняются".
   Вот, собственно, статейка.
" Что делает с поэтом окружающая действительность? Она помещает его в обстоятельства времени, места и образа действия, она им повелевает и крутит, заставляет заботиться о хлебе насущном и диктует, диктует, диктует... Но поэт — не писатель диктантов. Он берет в ладони и соединяет в одном сосуде сгустки воздуха, нитки из радуг, цветные пузыри и содержимое облачных мочал, добавляет в варево весну или осень, а еще - тоску, мечту (что есть одно и тоже), какие-то необязательные приметы дней и, конечно, жизнь, любовь и смерть. Конечно, умелец рифм и размеров, знаток майнстримов и аллюзий может и не смешивать ничего такого — он может просто написать. С матом и без оного, с пустыми глазами и пустым сердцем. В наше время цинизма и ерничества перемешивать основы и эмпиреи? Зачем это надо, ребята. Все, что мы делаем, - это создаем корпус текстов... Читатель войдет в этот корпус, как в лифт, и выйдет, прочтя, как из лифта. На том же самом этаже. Подышав мочой и перегаром.

Но тот, который варит в своем горшочке для нас это вино из одуванчиков, эти искры в сахарных петушках, эти цветы, птичьи голоса и голоса людей, и взгляды, и встречи, вдруг протянет вам этот свой горшочек — пейте! Пожалуйста, пейте!

Вот такой горшочек протягивает тебе, читатель, сегодня Ирина Светлова. Отведай...
Я не буду цитировать. Из принципиальных соображений - не хочу создавать какие-то предварительные префернции для тех или иных стихов..Ты, читатель, сам все прочтешь и оценишь.

Диапазон строя лиры Светланы Холодовой охватывает области от густого минора до мажора с оттенками хулиганства. Не могут меня не радовать некоторые эпиграфы к стихам: ««Да-да-да-дам!» Beethoven, «Simfonia 5. Allegro con brio». Или: «Там — та-да-да-да-да-да-дам -да-да-дам!» М. Равель, «Болеро».

И вообще, уж с чем- с чем, а уж с юмором у этого автора — полный порядок.

Что еще не может не радовать меня как читателя, не любящего деления поэзии на женскую и мужскую, — в стихах Ирины мало всех этих дамских кружев, нюхательных солей и волнений в грудях.

Надо сказать, получив предложение написать несколько строк об этой книге, я сугубо засомневался и внутренне завздыхал. Отказаться от задания я в силу обстоятельств не мог, потому что Ирина Светлова заблаговременно подкупила меня несколькими пачками кофе., присланными мне по почте.

Думал же я  перед началом знакомства с книжкой, что вот, мол, опять придется кривить душой, изображать балетные фигуры — ан нет. Все получилось замечательно. И более того — я практически безгранично рад, что у меня уже есть (хотя бы в электронном варианте) эта книга. И я не премину виртуально припасть к ногам Ирины с нижайшей просьбой прислать (за мой счет) одну бумажную книжечку и мне.

Владимир Таблер"
А вот несколько стихов из новой книги.

Гимн домашних хозяек
...В стране — как в печке, вызревают весны!
Презрев судьбу Омег, Иот и Лямбд,
По-над Кремлем заслуженные звезды
Сгорают в прах идеи общей для,
Оленевод — и тот ведет оленей,
Портной — и тот кроит и шьет клеши,
И в Мавзолее очень мертвый Ленин
Не просто так, а с пользою лежит.
В тылу врага — разбрызгав кровь по льдине,
Разведчица ползет от вражьих пуль....
...А я давлюсь с утра сухим мартини
И жму на телевизионный пульт.
На материнский капитал не зарясь,
Но и отцовский сильно не тая,
Могла б и я на тутошнем базаре
Лихим реализатором стоять.
Могла б лабать забойные ремиксы,
Сидеть в восьмом ряду_ в восьмом ряду
И в преферанс прабабушкину фиксу
На третьей взятке глупо не продуть.  
Могла б самоотверженно и мудро
Открыть науке неизвестный луч!
...Мне не возить хозяйственную утварь
На «пирожке» в саратовскую глушь.
Про биссектрисы, катеты и хорды
Мне не писать большой, серьезный труд,
И Президент мне не повесит орден
На дерзко выпирающую грудь.
Не нацедить мне призового грамма
Из выменей породистых Пеструх,
Не будет у меня почетных грамот,
Когда диван — почти интимный друг.
Минздрав, Минпрос, Минэконом, Минатом
Меня в свои пенаты не возьмут.
Позор и стыд... И так же мне и надо
За то, что в мозге взвешенная муть!
Мне не сложить в огромный столбик числа
И Госкомстату этим не помочь...
...Прости, моя Великая Отчизна,
Свою несостоявшуюся дочь!
*****
«Там — та-да-да-да-да-да-дам -да-да-дам!»
М. Равель, «Болеро».
Пока стучит пуантами Равель
в сквозном пролете лебединых лестниц,
я объявляю краску для бровей
разносчицей реликтовой болезни.
Почти не ощутима на весу,
хотя всерьез упитана жирами,
мою рациональнейшую суть
она давно кусками пожирает.
И в ней опасна вовсе не сырца,
а та непревзойденная способность
до бешенства растравливать сердца,
но укрощать хронические сопли.
Реакция густого вещества,
предвосхитив губительную окись,
напоминает мне, что я черства
и в черствости способна на жестокость,
что жизнь — в стакан налитая вода,
где смерть хранит свою вставную челюсть
и ртом беззлобно шамкает, когда
я говорю, как в будущее целюсь.
И тем отважней на дорожки льна
кладу мазок, от страсти багровея...
Я крашу брови... Значит, я больна
испанским исступлением Равеля.
*****
Андрею Александровичу Гендальфу в Дни бумаж-
ного письма (05-12 октября 2007 г.) рукописное
телеграфом, телетайпом и сизым голубем.
Нет, я отнюдь не финансист,
При этом я ничуть не гангстер,
Я даже по размеру сись
Не отношусь к особой касте.
Пожалуй, сыщутся мудрей
И прозорливей поэтессы...
Я графоманка, друг Андрей!
Прими как данность эту тезу.
Пусть на пути не много роз
И эстетических роскошеств —
Не огорчайся. Полно... Брось!
И я иду с нелегкой ношей.
Спасибо ливером и тем,
Что телепается снаружи,
За то, что груз банальных тем
Берешь в чувствительные уши.
Да будем здравы мы весьма!
Да будем здравы мы настолько,
Что в Дни Бумажного Письма
Хлебнем — не выплюнем! — настойку.
*********
О Одиночество... Гуденье
пустых веревок бельевых,
условных лет цветные деньги,
магнитных бурь сердечный вихрь,
слов недовысказанный бисер,
волчанка овнов и ягнят,
сожжение мостов и писем
окурком Эльмова огня,
бульона выморочный кубик,
воспоминаний канотье,
неразговорчивые гуппи,
слова (не те... не те!.. не те!!),
слез скрупулезные авали,
исчезновение вещей,
довольство мыслью, не словами,
синдбадство мысленных пещер...
...Но в час, когда упорно лезет
в прохладу рук нательный крест
и кормит лжи спасенной плесень
пенициллиновую лесть,
когда склоняются дороги
и окончанья сведены,
о Одиночество!.. Не трогай
моих запястий ледяных...
****
СТУДЕБЕККЕР
«Кто такой Студебеккер? Это ваш родственник Студе-
беккер?
Папа ваш Студебеккер?!»
Остап Бендер

Давно серпа готичный идол
В холодной Лете проржавел...
Душа стыдливо просит титул,
А тело рвется в Куршевель.
Родиться б в пасмурной Европе...
Пусть не в Европе... Но не здесь!
Иметь смешной заводик «Опель»,
Ну, пусть не «Опель»... «Мерседес».
Семьей буржуйского уклада
Ну хоть немножечко пожить!
Смотреть, как дедушкины латы
Таскают резвые пажи.
Трепать фарфор нежнейших кукол,
Скакать на пони, оголтев,
Икать и ласково агукать
Холеной маме в декольте,
Играть под взглядом гувернера,
Спать под надзором чутких нянь
И, проявляя спесь и норов,
Манерно требовать: «Коня!»
Быть привередливой с прислугой,
Всерьез капризничать в еде,
На фуа гра, икре и луке
И разрастись, и размордеть.
И, накопив либидо в теле,
Затмить собой Эммануэль,
И, очутившись где-то в Йеле,
Окончить этот самый Йель.
Лечить успешно ожиренье.
На встречу с прессою одеть
Очки, купальник, ожерелье...
Когда придет корреспондент,
Лениво прикрывая веки,
Раскинуть руки по траве,
Сказав: «Мой папа — Студебеккер...
А вы, простите, чьих кровей?»

promo notabler февраль 2, 2012 09:13 39
Buy for 30 tokens
По кончикам верб Голоса за дверью - мама, папа, сестры. Детство. Я проснулся. Слюнка натекла... Вспомню - будто возвращусь на укромный остров. Там тепло. До смерти хватит мне тепла. Яблоки с айвою, с ноткою тумана- запах. Так, наверное, должен пахнуть рай... Принеси мне яблочко, мама...…
я реальная

Перепост. Учебник для мужчин и женщин

Тут френдесса (полуэкс, расфрендила она меня, что побудило меня пойти к ней в журнал и почитать, кое-что с удовольствием) нашла чудесную книжку, которую я тут утром проглотила с огромным аппетитом. 
Так что я желаю поделиться этим удовольствием с другими и делаю перепост. Хотя книжка довольно спорная, но с большинством ее положений я согласна, а уж стиль и юмор - то, что доктор прописал.

Случайно набрела на Либрусеке на книжку Марты Кетро "Женщины и коты, мужчины и кошки", стала читать, понравилось.
По тексту оказалось, что у автора есть блог в ЖЖ.

Рекомендую к прочтению. Буков немного и много картинок.

Аннотация к книге (c сайта Либрусек):

Что такое мануалы? Это руководство для пользователя. Допустим, вы купили компьютер и хотите разобраться, на какие кнопочки нажимать, чтобы он заработал. А Марта Кетро написала уникальные мануалы для тех, кто хочет успешно пользоваться мужчинами и женщинами, в том числе, и собой, любимым. Не говоря уже о котах и кошках. Да, немного утилитарно, зато честно и очень весело. Книга предназначена для продвинутых пользователей, прочитавших и Камасутру, и Эрика Берна, и даже Справочник ветеринара, но все еще заинтересованных. Неожиданные решения, тонкие настройки системы и кнопки, о которых вы даже не подозревали! А в качестве наглядных пособий – смешные и трогательные картинки. С мужчинами, женщинами и кошками!

я реальная

О страданиях

Не могу удержаться и не запостить кусочек книжки из предыдущего поста для тех, кому некогда или неохота читать всю

О страданиях



Если когда-нибудь чаша терпения наблюдающего за мной переполнится, я сойду с ума. И стану приставать к прохожим, кротким голосом (или злобным, в зависимости от фазы, в которой меня накроет) сообщая, что «страданий не существует» (или «ну что, бл… пострадать захотели? А не выйдет!» – опять-таки в зависимости от фазы).

Пока еще в чашке осталось немного места и я почти контролирую ситуацию, разверну эту мысль.

На самом деле она звучит несколько иначе – «длительного яростного страдания не существует», но что возьмешь с сумасшедшей.

Я поняла это однажды, наблюдая за женщиной, у которой только что погиб взрослый сын. Нового родить она уже не могла, поэтому материнство для нее закончилось одним махом – потеряла, и другого не будет. Она очень сильно страдала, настолько сильно, что горе не доставляло ей удовольствия. И поэтому к ней очень хорошо было приходить за утешением – она с облегчением на время откладывала свое и жалела тебя всем сердцем.

Каждой девушке своего непутевого сына она говорила: «Он только тебя и любил по-настоящему, уж я-то знаю». Девочки рыдали так, что сердце разрывалось, а она держалась гораздо лучше, потому что сидела на транквилизаторах и занималась кладбищем, похоронами, поминками, ей некогда было. Сил на роскошные истерики не осталось, а выхода только два – лечь на землю и умереть или пережить. Она не упивалась болью, не растравляла ее, а, напротив, подавляла со всем отчаянием человека, которому нечего терять, кроме рассудка.

С тех пор я перестала верить в бурные и длительные страдания. Настоящее горе в здравом уме долго выносить невозможно, психика либо не выдерживает, либо привыкает. Поэтому взрослая женщина, которой для чего-либо потребны страдания, – чтобы иногда пожалеть себя, написать печальное или картинку нарисовать, смотря чем она привыкла развлекаться, – содержит в своем сердце что-то вроде клавесина короля Филиппа, ну того, с кошками.

Вот эта кошечка у нас поет про первую любовь, дернем ее за хвост, когда хочется поплакать о себе, наивной и обманутой. Эта кошечка – про маму, мама нас никогда не любила. Эта – про мужа, который не понимает, эта – про любовника, разбившего наше сердце на тысячу кусков. А есть еще творческая несостоятельность, неблагодарные (или нерожденные) дети, дурные друзья, уходящая юность и множество других кошечек, которые помогают в нужное время исторгнуть некоторое количество слез.

Отличный и вполне законный метод, если только человек отдает себе отчет в том, чем занимается. Достал, поиграл, убери на место. К сожалению, вовремя прекратить мучить кошек умеют единицы, остальные превращают свою жизнь в непрерывное публичное выступление. Цели могут быть самые разные – стянуть на себя максимум внимания, оправдать некий порок, шантажировать близких или просто «из любви к искусству». Метод настолько обычный, что мне во всех историях интересна только реакция окружающих.

О, эти благотворительные акции «спасем бедняжку», «она же погибнет», «мы все виноваты»… Если бедняжка действительно страдает, такое тоже бывает, она ухватится за любую возможность выбраться из пучины отчаяния. Если же ее интересует сам процесс, найдется тысяча причин, чтобы отвергнуть руку помощи – эта недостаточно чистая, у этой форма пальцев неудачная, а эта, увы, слишком хороша для меня. Да и мама меня никогда не любила.

Впрочем, необязательно «она», мужчины часто развлекаются подобным образом, мне просто о женщинах говорить привычнее.

Я восхищаюсь женщинами, которые однажды перестают рыдать и учиняют какое-нибудь «безобразие»: меняют работу, заводят нового любовника, принципиально «отличного от других», уезжают к черту на кулички или наращивают себе сиськи, не важно, главное – меняются. И в этой связи опять-таки забавляет реакция окружающих. Вы удивитесь, но далеко не все приходят в восторг от того, что бедняжка больше не плачет. Такое поле для деятельности пропало, ее же можно было утешать, опекать, презирать, а теперь что? Поначалу будут спрашивать: «Ты счастлива? Уверена? Это именно то, что ты хотела? Может быть, ошибаешься?» А потом, если она станет упорствовать в своем счастье, люди ее осудят за то, что предала свое прошлое.

Я не знаю, что с этим делать. Наверное, раз в десять лет стоило бы переезжать, оставляя всех любящих с носом. Выпускать своих кошек, выставлять цветы на порог, запирать дом, выбрасывать ключи. Терять мобильники, забывать пароли, удалять архивы. Кто убедил нас в том, что есть какое-то «навсегда»? Не знаю.

Возможно, это будет моя вторая хорошая новость: «Слышали? „Навсегда“ не существует!» Но это если я буду в «кроткой» фазе.